Наш бизнес — нудеть

Что не так с книгой журналистов Медузы о ЧВК «Вагнер»

«История типичного позднесоветского уголовника»

Пожалуй, уже за эту фразу Короткова и Барабанова стоило бы выгнать из журналистики и никогда не пускать обратно. Ведь эта фраза — характеристика владельца палатки с хот-догами, который за девяностые стал видной фигурой ресторанного бизнеса в Санкт-Петербурге, за нулевые развил своё дело до статуса пищевой промышленности, а к концу десятых стал владельцем самой крупной, таинственной и эффективной частной военной компании в мире. Да, Коротков и Барабанов считают, что типичный позднесоветский уголовник — это Евгений Пригожин.

Страшно себе представить страну и эпоху, в которой биографию этого человека можно назвать типичной. Всё-таки от подачи блюд до взятия городов частными армиями люди проходят настолько редко, что биографию Пригожина можно считать уникальной по меркам даже мировой истории. Если таких людей поставить на поток, то получится либо Руина, либо Рагнарёк.

Первая жертва журналистской этики Короткова-Барабанова — это достоверность. Потому что под журналистской этикой у них, как и многих коллег по цеху, скрывается не профессиональный стандарт, а постное лицо как множитель морали. Чтобы сохранять постное лицо, которое множит мораль, журналисту категорически запрещается иметь хоть какой-то интерес к теме. Даже если тема — история частной военной компании, которая переломила судьбу полудюжины конфликтов в течение десяти лет, один из которых — крупнейшая война за столетие. Чего тут интересного? «История типичного позднесоветского уголовника». Над этой историей полагается ахать и охать, драматически вздыхать, сочувствовать погибшим и их родственникам и искать доказательства, что всё происходящее — это чрезвычайное зло.

Авторы претендуют на то, чтобы рассуждать о жизни и смерти. Но вместо действительного диалога они просто душнят. Вся постановка вопроса о гибели воина вдали от Родины по контракту за деньги с частной организацией вместо государства сводится к тому, что у него нет ветеранки установленного образца. Либеральные журналисты, которым по-хорошему полагается рассуждать о свободе и сущности личности, становятся бюрократами и впшниками. Они упорно пытаются доказать ужас ЧВК «Вагнер» через ракурс, что выплата похоронки происходит не на карту и со справкой, а наличными и без справки. Проще говоря, авторы не размышляют ни о жизни, ни о смерти, а нудят.

На уровне языка это проявляется в специфической лексике. «Обычные русские мужики» в Сирию едут, конечно же, «умирать», украинские солдаты, конечно же, «освободили за сутки территорию размером с Кипр», а ЧВК «Вагнер», конечно же, «захватила» Попасную. Битва за Бахмут не была выиграна, она была «окончена».

На уровне сюжетов журналисты стараются подкопнуть подо всех своих героев, найти очерняющие их факты. Если реальность такого материала не даёт, то это проблема реальности. Авторы очень долго и нудно пытаются доказать, что Дмитрий «Вагнер», он же «Девятый» Уткин сошёл с ума на теме национал-социализма и был страстным поклонником Гитлера. В доказательство журналисты приводят факсимиле служебной записки Уткина подписанной руной зиг и словами «Хайль Петрович» («Петровичем» называли в «Вагнере» самого Пригожина). Тон авторов перед факсимиле становится сенсационным, они прямо-таки готовятся предъявить решительные доказательства, из-за которых, цитата, «вопрос был снят окончательно».

Когда я взглянул на это факсимиле я чуть было не задохнулся от смеха. Судя по всему, русский язык для авторов книги не родной, ведь они очевидно не понимают пропись. Да, действительно, записка подписана сдвоенной руной зиг, но ведь расшифровка факсимиле выглядит так:

«Ратибору, Нарве

Резолюция

Нарве — (неразб.) провести работу по выявлению сотрудников склонных к радикальным конфессиональным (религиозным) течениям. Сотрудника «Кост» отправить на «Молькино» для дальнейшей работы с Русланом.

Оке — довести до всех сотрудников компании о недопустимости во время работы в компании проявления каких-либо высказываний, направленных на разжигание межнациональных, межконфессиональных конфликтов между сотрудниками. Мне насрать, кто во что верит. Все в компанию пришли работать и зарабатывать! Все считают себя профессионалами!! А профессионалы между собой разговаривают на одном языке и уважают друг друга!!!

Работа в компании (война) — это коллективная работа и те кто продвигает идеи отдельной национальности или веры идут против коллектива, против компании, против своих боевых товарищей!!!

*сдвоенные руны зиг*

Хайль Петрович!!!»

Расшифровка приведена полностью, потому что именно на основании этого документа из архива группы Вагнера журналисты строят инсинуации о нацистских взглядах Уткина.

Ну как бы да. Раз авторы выпустили текст с постным лицом, можно было бы рассчитывать хотя бы на банальный журналистский профессионализм. Но вот и с ним дефицит. Авторы спотыкаются на ровном полу. Они приводят документы «Конкорда» с расходами на 1.144.500₽ и пишут — 1,5 миллиона. Ну не округляется эта сумма так! Что ж ты поделаешь. А чего тут поделать?

Пригожин планомерно рос в девяностые с владельца палатки с хот-догами до владельца нескольких элитных ресторанов. Как у него получилось? Авторы книги уверены — без криминальных связей не обошлось. Наверняка, размышляют авторы, Пригожин обязан возвышению криминальному авторитету Роману Цепову. Как они это выяснили? А никак. Это предположение основано ни на чём. Логика авторов внутри текста буквально такая: ну, Пригожин плохой и, короче, злой, а в Петербурге в девяностые был не менее плохой и не менее злой криминальный авторитет Роман Цепов, ну, наверняка же они друг друга знали!

Когда авторы рассказывают о росте служб безопасности у российских коммерсантов — это нужно как преамбула к рассказу об СБ «Конкорда» — они связывают это с ростом экономики из-за роста цен на нефть в нулевых. Дааааааааа, мои хорошие, это из-за роста экономики коммерсанты решили завести себе службы безопасности, разгул организованной преступности, во время которого у того же Березовского в арсенале охраны можно было легко встретить гранатомёт, здесь не причём! В диагностической карте записываем: очевидные проблемы с обнаружением причинно-следственных связей.

Что дальше? Стрелкова назовут союзником ЧВК «Вагнер»? Ах, да, конечно же — именно так и назовут. «Все москали на одно лицо».

В описании Украинской войны авторы просто занимаются украинской военной пропагандой со всеми её клише.

Ход боевых действий Коротков и Барабанов описывают либо через русские военные преступления, либо через украинские победы. Русские военные преступления они выдумывают: после взятия Изюма ВСУ осенью 22 года в интернете появились видео, как украинские солдаты расстреливают мирных жителей и сбрасывают в вырытый карьер. Для отвлечения внимания от явного преступления армии Украины против населения Украины в сеть был выпущен антикриз, мол, всех расстреляли москали, солдаты ВСУ нашли массовое захоронение на пятьсот тел. Авторы упоминают антикриз без следа изначального инфоповода, хотя у изначального инфоповода есть фактическая база — слив видео. Но кого это волнует, если украинские солдаты сказали своё слово.

Вообще говоря, поведение украинских солдат рассматривается авторами трижды. В двух случаях из трёх украинские солдаты рассуждают о правильном применении Женевской конвенции. Мне почему-то из их описаний представляется, как они садятся на кожаные диваны, закуривают сигары и ведут правоприменительную дискуссию.

В первом случае авторы указывают на прения об этике интервью с российскими военнопленными, не нарушает ли это гарантированное Женевской конвенцией право на защиту от любопытства толпы. О том, соответствуют ли этике интервью данные после пыток и под угрозой жизни, авторы не размышляют.

Второй случай тоже касается военнопленного. Авторы описывают, как руководство ВСУ пыталось понять, подпадает ли военнопленный Евгений Нужин, будучи заключённым, воюющим в составе ЧВК, под её действие.

Авторы не задавались вопросом, подпадают ли под Женевскую конвенцию, пытки русских военнопленных.

Было время, когда Пригожин отвечал на вопросы журналистов в телеграм-канале «Кепка Пригожина». Автор книги решил задать ему вопрос. Ответ последовал на личную почту. «Коротков, ты знаешь, я считаю, что ты полное говно». И в чём Пригожин не прав?

Война и боевые действия авторов вовсе не интересуют. Они не разбираются ни в военной истории, ни в современном вооружённом противостоянии. Казалось бы, это очень странно для журналистов, чей профиль — военизированная организация, воюющая на нескольких континентах во всех основных боевых конфликтах в течение девяти лет своего существования, но вот так. Этому есть объяснение. Если посмотреть на содержание книги, то понятно, что авторы и не думали рассматривать сильные стороны ЧВК «Вагнер»; для них история этой организации — это история поражений и потерь.

Один из самых больших блоков повествования посвящён катастрофе под Хшамом в Дейр-эз-зоре 7 февраля 2018 года. В тот день под огнём американской авиации погибли восемьдесят вагнеровцев, до двухсот получили ранения.

Кстати, в описании этого боя я вижу единственный эстетически ценный фрагмент текста со всей книги — журналисты просто процитировали слитые телефонные переговоры со слухами о произошедшем в Дейр-эз-зоре от людей ассоциированных с Вагнером. Цитаты ужаснувшихся людей, толком не понимающих, что произошло, информирующие микросообщество о больших потерях — это действительно сильно.

В июне 2023 года Евгений Пригожин выпустил текст со своим видением событий, в котором обвиняет в трагедии под Хшамом Министерство обороны РФ. Авторы ссылаются на этот текст и вменяют Пригожину завиральные теории, мол, тот предполагал, что контингент ПВО и авиации ВС РФ будут участвовать в бою с американцами. На деле же обвинения Пригожина в адрес МО РФ строятся не на отказе от боя с США, а на неинформировании и неприкрытии ЧВК «Вагнер». Но так как авторам совсем не интересна современная война, то они не понимают и разницы между прикрытием и столкновением.

Весь боевой путь ЧВК «Вагнер» за девять лет с легкого пера авторов выглядит как планомерная смена военных преступлений поражениями, ‘кнтрл+ц, кнтрл+в’ в разных локациях. Подходя к описанию венца военной эпопеи ЧВК «Вагнер» — Бахмутской операции — авторы превращаются в ходячую карикатуру на украинских пропагандистов.

Зачем по мнению авторов нужна была Бахмутская операция? Да низачем, ведь город УТРАТИЛ СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ. Фраза-символ украинского копиума произносится авторами два раза. Причём в первый раз они даже утруждают себя апелляцией к авторитетам. Бахмут, по мнению авторов, потерял всякое стратегическое значение, потому что так сказали, цитата, прямая цитата, я не шучу, реальная настоящая цитата с большой буквы «ж» журналистов, ВСЕ ВОЕННЫЕ ЭКСПЕРТЫ. Ну, хорошо, допустим, что действительно так; что важнейший логистический центр всего северного Донбасса взаправду ничего не значил; почему вагнеровцы приложили такие усилия, чтобы его взять? И на это у авторов есть ответ! Потому что таков фатализм путинского режима: «Если приказ дан, он должен быть выполнен, но не пересмотрен или тем более признан ошибочным». О том, что речь идёт о Пригожине и ЧВК «Вагнер», то есть о мятежниках и лидере мятежа, авторы в этот момент забывают.

Тут бы авторам подумать о другом вопросе. Если Бахмут был настолько незначительной целью, почему же ВСУ так упорствовали в попытке его защитить? Но для того, чтобы сформулировать этот вопрос, авторам надо признать эти самые сверхусилия. Вместо них авторы описывают посещение украинским ветераном Бахмута психолога, на сеансах с которым он прорабатывал переживание жутких картин: как бывших зэков вагнеровцы гонят на убой буквально с расстрельными командами позади, десяток за десятком, которых приходится расстреливать единственно ради того, чтобы одну волну пушечного мяса сменила другая. Это клише западной пропаганды в оригинале звучит как MEAT WAVE ATTACK. Оно направлено на самые интеллектуально слабые слои населения. На что, по мнению пропагандистов, рассчитывают вагнеровцы этими атаками волн мяса? Что у солдатов ВСУ закончатся пули? Это же бред. На деле ни проект «А», ни проект «К» не отправлялся на позиции украинцев волнами мяса, ведь, если бы это было так, то с учётом реалий этой войны, мы бы имели этому видеоподтверждение. Тактика «Вагнера» была куда более сложной и нюансированной, базировалась в первую очередь на кратном огневом превосходстве. По факту «Вагнер» штурмовал Бахмут, будучи в меньшинстве — так же, как до этого ВС РФ и НМ ЛДНР брали Мариуполь. Однозначного численного преимущества ВС РФ достигли только к 24 году. И это сразу дало моментальный эффект (см. взятие Авдеевки, Очеретинский цветок). Канадский военный аналитик, автор канала HistoryLegends утверждает, что на острие штурмовых действий всегда находились ветераны, самые опытные солдаты «Вагнера», а проект «К» освобождал их для этого со второстепенных направлений службы на передовой. Бахмут был во многом битвой самой опытной пехоты с обеих сторон.

«Наш бизнес — смерть» — это очень плохая книга. Заведомое предположение о том, что авторы морально выше своих героев не позволяет им взглянуть на историю ЧВК «Вагнер» будучи не судьёй, а рассказчиком. А из-за этого рушится та самая журналистская объективность, из-за которой авторы покинули Родину.

Блевотная провокация и инфильтрация

Самые светлые части книги посвящены пиар-акциям и политическим сношениям Пригожина. Там, где нельзя скрючить постное лицо — обожемой, люди — и умирают! — авторы получают свободу для человеческого повествования.

Например, из книги я узнал о творческом подходе Пригожина к делам. Ещё до всяких «Вагнеров», когда Пригожин занимался ресторанным бизнесом и кейтерингом, у него возник конкурент, который выиграл тендер на обслуживание ПМЭФа. Пригожин захотел перехватить заказ и, чтобы сделать это, пошёл на оригинальную и неожиданную меру. Он организовал мероприятие; якобы открытие новой деловой газеты в Санкт Петербурге. Обслуживание этого мероприятия он заказал у выигравшего тендер конкурента. В зал пригласили многих городских чиновников и бюрократов, а вместо главных редакторов и сотрудников газеты были нанятые актёры. В середине презентации нового издания нанятые актёры, откушавшие на фуршете, принялись блевать. Тендер конкурент потерял, выиграл дело Пригожин.

Также авторы вполне раскрывают, что ни в одну страну «Вагнер» не заходил как мускулы в чистом виде. Вместе с боевой организацией ВСЕГДА заходили политические консультанты и технологи, которые обеспечивали местные элиты высококлассной аналитикой и советами, распространяющимися на всё связанное с властью: от создания и развёртывания медиа и пропаганды, проведения электоральных кампаний до обучения и управления вооружёнными силами.

Оттого «Конкорд» перестаёт быть похожим на зло во плоти, а становится русской Ост-Индской компанией. Что за услуги она продавала?

На самом деле, я думаю, что реальный продукт ЧВК «Вагнер» — это

в африканских странах: нюансированное внедрение современного государственного управления;

в России: гибкий и современный подход к армейскому строительству.

В любом случае, сложная и неоднозначная история ЧВК «Вагнер» в книге «Наш бизнес — смерть» так и не была рассказана. Попробуем обратиться к противоположной стороне? Напишите в комментариях, хотели бы вы прочесть рецензию на книгу штатного сотрудника РИА ФАН Кирилла Романовского «Восемь лет с Вагнером».